За пределами возможного

27.01.2008


Заключительная статья к трилогии "Рубин Карашэхра".

Автор рецензии: Тимофей Петров.


НАЧНИТЕ КНИГУ С НАЧАЛА

В свое время я очень не любил преподавателей, которые на экзаменах по литературе требовали от нас, студентов, знания первоисточника. Пусть ты и лекции усердно конспектировал, и учебник три раза прочитал, и на семинарах выступал больше всех, и часами способен беседовать по теме – всё равно изволь отправляться в библиотеку. Прочитай толстенный том, а потом уже приходи на пересдачу. Но сейчас придётся побыть таким цербером самому – уверен, что среди тысяч читателей этой книги найдется хотя бы сотня тех, кто заглянул сюда, в конец тома, раньше, чем в начало.

Напрасно они это сделали: из всех страниц книги эти – наименее ценные. Но прежде чем отправлять читателей к началу, немного расскажу, что их ждёт в трилогии Елены Бычковой и Натальи Турчаниновой.

Первая книга «Рубин Карашэхра» – бодренькое и даже кое-где забавное фэнтези-приключение почти в духе «Рыжего демона» Шекли с Желязны. Это наживка и вы ее наверняка проглотите: кому же не интересно узнать, что случится дальше?

Предупреждаю сразу – не узнаете. Буквально со второй части романа вы, вполне вероятно, начнете испытывать чувство недоумения. Почему всё настолько резко изменилось?! Куда делась яростная динамика, приятно не свойственная «женской» прозе, прямой сюжет, а главное, герои первой части?! К чему все эти мистико-философские рассуждения? Откровенно говоря, при первом прочтении разобраться в этом не так просто. Но, поверьте, многое, очень многое из второй части первой книги понадобится нам в дальнейшем.

Авторам удалось соединить в этой доле текста дух Средневековой Европы и символику индийской философии агни-йоги – высшей ступени йоги. Уже проверено, эти страницы у многих читателей вызывают восторг и самоценны для них, однако некоторым – надо мужественно их преодолеть, постаравшись запомнить хотя бы имена персонажей.

В «Заложниках света» наконец-то поднимется занавес, и вы увидите основное место действия трилогии. Все, чего не хватало нам во второй половине «Рубина», вроде бы возвращается, но вот что за смысл был в столь разительной перемене декораций?
На деле первый и второй романы связаны друг с другом куда сильнее, чем можно предположить с первого взгляда, – но поймем мы это только в «Лучезарном». А пока – читатель получает мощный удар под дых в середине «Заложников», и ближе к концу романа начинает подозревать, что сюжет вышел на столбовую дорожку…

Вот тут надо вспомнить об одной интересной детали. Романы «Рубин Карашэхра» и «Заложники света» увидели свет один за другим почти три года назад. Причем, первая книга к концу 2004 получила уже несколько наград: денежную премию «Иван Калита», второе место на российском конвенте «Басткон», премию «Кинжал Без Имени» от издательства за лучший дебютный роман года и «Серебряный кадуцей» на международном фестивале фантастики «Звездный мост».

Третья книга трилогии, «Лучезарный», далась создателям, по их словам, нелегко. Она была закончена только зимой 2006-го. За время работы над финальным романом соавторы успели выпустить роман «Киндрэт», два раза пересечь Атлантику и стать лауреатами престижного петербургского конгресса фантастов России «Странник», как авторы лучшей книги в жанре городского фэнтези начала нового тысячелетия (2000-2005 г.г.).

Два года, по современным меркам, для писателя-фантаста – немалый срок. Многие из вас наверняка успели, прочитав первые книги, составить свое впечатление о творчестве дуэта. Однако мнение это может разительно перемениться именно теперь. Трилогия, которую вы держите в руках – одна из немногих мне известных, где заключительная часть настолько важна. Как без центрального камня рушится свод, так и без «Лучезарного» теряется львиная доля достоинств «Рубина» и «Заложников». Третий роман станет страницами неожиданных откровений и удивительных открытий. Самые смелые предположения померкнут в свете распахнутой перед вами действительности. Вы непременно поразитесь мастерству соавторов, сумевших создать настолько объемную и крепко спаянную вселенную. А уже потом, если будет желание, – сможете вернуться к этим строкам.


СВОБОДА И ПРЕДОПРЕДЕЛЁННОСТЬ

В 1977 году британская рок-группа Pink Floyd выпустила альбом под названием Animals («Животные»), идейное содержание которого во многом было навеяно книгой Джорджа Оруэлла «Скотный двор». Тогдашний лидер «Пинков» Роджер Уотерс считал, что все люди делятся на жестоких хищников-собак, изворотливых и лицемерных свиней и бесправных эксплуатируемых овец. Это разделение можно примерить и на вселенную трилогии «Рубина Карашэхра».

Демоны – это, разумеется, собаки. Они грызутся между собой, всегда готовы вонзить нож в спину, бесконечно одиноки и считают всех прочих лишь инструментами для достижения личного благополучия. «В борьбе за власть нет никаких правил», – замечает Буллфер.

Сравнение ангелов со свиньями не настолько очевидно. Но если отрешиться от того, что крылатые вестники традиционно олицетворяют абстрактное добро, становится ясно: у этих двух образов много общего. Ангелы мало интересуются происходящим в срединных землях и закоснели в собственных стереотипах и предрассудках. Не нуждаясь во внешних источниках силы, они медленно, но верно скатываются к самовлюбленности. А наиболее совершенные из ангелов, тетраимы, могут походя испепелить пару небольших миров – и даже не заметить этого. Наиболее ярко «свинская» сущность ангелов проявляется в сцене изгнания Лучезарного и его товарищей. И даже генерал Белых щитов выговаривает Энджи: «Вам нет до нас никакого дела, вы не желаете правосудия, вы заняты собой».

Ну а людям достается незавидная роль овец. Следуя за вожаком, они могут переметнуться от одних хозяев к другим (как это случилось с воинами Белого города), но в любом случае их рано или поздно ждет стальная погибель.
Не согласны с такой примитивной и упрощенной моделью?! Правильно делаете. Если бы авторы хотели донести до нас столь нехитрую мысль, их книга вышла бы совсем другой. Ведь в центре внимания Бычковой и Турчаниновой – те, кто не желает вписываться в общие рамки. Нарушители законов и сотрясатели основ. Читать – да и писать – о таких куда как интереснее, чем в очередной раз наведываться на «Скотный двор».


Главными героями трилогии движет постоянное стремление измениться, стать кем-то – или чем-то – новым. И вовсе не обязательно это движение к лучшему, ведь «лучше» или «хуже» зависит от точки отсчета. А она у каждого персонажа и у каждого читателя – своя.
Эмил никогда не поймет Арэлл и наоборот, несмотря на всю похожесть этих двух действующих лиц. Подземной кошке Хул ни за что не постичь, в чем благо для того, с чем (кем?) она связала жизнь – легендарного разумного оружия, Карашэхра. И это становится причиной ее краха. Демон Буллфер не может себе представить, в чем ценность истинного совершенства и не подозревает о перевоплощении. И даже Гэллинджер с Энджи – те, кто меняться не особенно-то хотел – не могут оставаться прежними.
Книга на разные лады моделирует ситуации, логическим итогом которых становится вывод – тот, кто не умеет встать на точку зрения другого существа, не может ни выиграть у него, ни с ним сосуществовать, ни помочь ему.

Слои, из которых состоит роман, можно снимать один за другим долго. Вот, например, иллюстрация, как горько приходится расплачиваться тем, кто делает вид, что исправил ошибку – просто убрав ее из поля своего зрения. Или построение ситуации, которая приводит читателя к выводу, что зло заключается не только в откровенной жестокости, но и в страхе. За себя, за других, даже за целые миры – неважно: страх не позволяет совершить правильный поступок.

Кстати, именно в отношении к страху ангелы сами делятся на два, как минимум, лагеря. Тех, для кого основа мироощущения – чувство сострадания. И тех, кто находится настолько далеко от представления об этических нормах, естественных для людей, что судит обо всем совершенно по другому критерию. По порочному, с нашей точки зрения живого страдающего существа, мерилу – концу, который всегда предопределен.

И здесь авторы вновь дают читателям возможность самостоятельно определить, какой из двух «лагерей» более прав.

Тетраимы, существа Огненного мира, обладают предвидением, поскольку для них все времена слиты в единое. В их системе мира нет настоящего, прошлого и будущего. Они знают одновременно все, что было, есть и будет. Они становятся настолько строгими судьями именно потому, что видят в какую «бабочку» вылупится гусеница. Но от этого всезнания рождается то, что мы, люди, называем равнодушием. Бесконечность чужих мучений является для тетраимов лишь секундой в существовании.

Остальные ангелы, напротив, не видят грядущего. Они пытаются сделать то, что считают максимально правильным, но – поскольку находятся в неведении – не всегда могут отвечать за последствия.

Постоянная неоднозначность, показ с разных сторон одного и того же понятия – еще одна изюминка книги. Нет, мир не встанет с ног на голову. Зло не смешается с добром и не поменяется местами. Но результат попытки показать, по какую сторону от «блага» и «лиха» может оказаться несведущий в своем стремлении выйти за грань возможного, - в какой-то момент заворожит вас.

Центральные персонажи трилогии проходят в своем развитии все возможные ступени. Но в каждой своей ипостаси они не в состоянии остановиться на достигнутом. Буллфер затевает ритуал Бесценной награды, рассчитывая получить недоступное даже Высшему демону могущество. Атэр «сколько себя помнил, всегда хотел получить больше, чем было возможно» – на протяжении второй и третьей книг юношу кидает из одной крайности в другую. То же стремление и в других героях. Вот Эмил, трагически желающий стать «демоном среди людей», перерасти себя самого. И пусть для этого имеются все основания в виде толики демонской крови – ученик Буллфера получает куда больше одиночества, нежели могущества. Вот Арэлл, остро, до безумия одержимая ощущением своей ангельской сути. Да, в конце концов она достигнет желаемого – но потерпит фиаско как человек. Эти персонажи не вписываются в общество, принося окружающим куда больше горя, чем радости. Сверхъестественное разрывает смертную оболочку, в тяжелых муках рождается надчеловеческое.

Если хочешь стать чем-то большим, придется убить в себе то, чем ты был. Это необходимое условие, но не обязательно достаточное – в чем не раз приходится убедиться героям трилогии.


Тема судьбы, предназначения, свободного выбора, на первый взгляд далеко не центральная в книге. Однако нельзя забывать, что перед нами не просто фэнтези, а фэнтези с путешествиями во времени, открывающее простор для всякого рода хронопарадоксов.

Как зависит будущее от наших действий в прошлом? – это главный вопрос классической хронооперы, от «И грянул гром» Рэя Брэдбери до «Хронокосмоса» Алана Стила. По большому счету, подобная дилемма не стоит перед путешественниками во времени трилогии – Гэлом и Энджи. Ведь они так и не возвращаются в свое настоящее, подобно контрамотам из романа братьев Стругацких «Понедельник начинается в субботу», проживая несколько последовательно углубляющихся в прошлое временных отрезков. Но подстраховаться все равно не мешает. И пусть исход известен заранее – устроить все так, чтобы исход этот оказался именно таким, какой должен, не менее интересно, чем пытаться предугадать развитие событий, отталкиваясь от изначального состояния. Осознав, что провалились в прошлое, ангел и демон тщательно настраивают его так, чтобы в будущем все пошло «как надо».

Отдали авторы дань и концепции «ветвящейся» действительности: каждый наш выбор открывает новую вероятностную линию, и в громадном временном континууме одномоментно существуют все возможные варианты действительности. «Я свободна. Я сама выбираю, как жить», – понимает Арэлл. «Время – это нечто необъяснимое и безумное, – подытоживает Гэлинджер. – Понять его невозможно, так что лучше и не пытаться». Но последний вывод не мешает героям жить во времени и даже оказывать немалое влияние на казалось бы предустановленный ход событий.

БЕЗГРАНИЧНОСТЬ ВСЕЛЕННОЙ
Личностный рост невозможен, если не знаешь, куда расти. Иначе окажешься в положении, в котором очутились многие основные персонажи трилогии: есть сила, есть возможность что-то сделать – но что именно?! «Мир куда обширнее и сложнее, чем мы привыкли считать», – так говорит Эмил своей демонической возлюбленной Хул. Почти то же самое объясняет верховный турвон демону-правителю Некросу. И это не пустые слова – вселенная «Рубина Карашэхра» в самом деле непредставимо велика.

Логика построения текста безупречна и оригинальна. Однако, понять всю необычность замысла до конца суждено лишь тем, кто дочитает книгу. Только в последний момент мир раскроет весь свой объем и заиграет неизмеримым количеством граней.

Хороша книга и еще одним качеством. Являясь ярко-приключенческой, она не требует «зарываться» в глубину и что-то особое осмысливать. Сюжет ведет за собой, не требуя дополнительных усилий. Правда, предупрежу заранее – такие читатели получат удовольствие, но лишь проскользят по поверхности. Те, кому нравится думать и разгадывать головоломки, могут найти в тексте и второе, и третье «дно». Жить в этой вселенной можно непрерывно, и интеллектуальная игра вероятностного развития событий будет беспредельна.

Не стану скрывать: далеко не каждый описанный авторами элемент мира уложится в конце концов в сюжетную мозаику, далеко не каждое повешенное на стенку ружье в итоге выстрелит. Псы, охотящиеся на демонов, болотница, наги, птицы-гаруды, разномастные древние боги, кайманы… Конечно, рассказ обо всем этом можно счесть проходными эпизодами, списать на сильно растянутое во времени создание трилогии. Но вместе с тем именно эти детали создают масштабную картину бесконечно разнообразного мира. Вселенной, созданной Лучезарным из множества несоединимых реальностей. Каждый из исходных «кирпичиков» строен и гармоничен сам по себе, но именно синтез несовместимого дает миру главное его достоинство – независимость от демиурга, возможность развиваться по новым законам. В этом – еще одно проявление темы качественного роста, изменения, только уже в глобальном масштабе.

Лучезарный становится демиургом мира, какой еще никто никогда не создавал, и фактически претендует на роль бога. Не такого, как Ямэл или Вентиго, – а бога-творца, способного подарить свободную волю своему созданию. И – величайшая ирония судьбы! – после того, как создан обладающий свободной волей мир, ему больше не нужен творец. Попытка Лучезарного и его соратников вписаться в сотворенную реальность приводит к катастрофическим последствиям – появлению демонов, раздирающих ткань Срединного мира. И мне почему-то кажется, что авторы книг – любой, не только этой, оказываются по отношению к своему детищу в точно такой же ситуации. Законченное произведение отделяется от творца и начинает собственную жизнь. Всякий обитатель новорожденного мира привносит в него свое понимание, подобно тому как каждый читатель отыскивает в книге нечто личное, далеко не всегда именно то, что стремился выразить автор. Я увидел в «Рубине Карашэхра» одно, вы – разглядите что-то совсем другое. Ведь главное свойство хорошей литературы – затрагивать в душе читателя именно то, что действительно важно для него здесь и сейчас.

Одну из таких книг вы и держите в руках.



Вернуться к списку книг

Елена Бычкова, Наталья Турчанинова

© Copyright: Елена Бычкова и Наталья Турчанинова, 2007г.

Использование материалов сайта разрешено при условии
 сохранения копирайта и наличия ссылки на сайт автора.